shapka3-6Саров 

Встреча, определившая судьбу

2019-й можно по праву назвать годом Юлия Борисовича Харитона. В феврале отмечались 115 лет со дня его рождения, а в августе грядет новая дата – 70-летие испытания первой советской атомной бомбы РДС-1, в создание которой он, как главный конструктор и научный руководитель КБ-11, внес огромный вклад.

О Харитоне написано немало. Тем не менее, каждое новое о выдающемся ученом ценно, интересно. И неважно, что это, например, повествование об одной-единственной встрече с ЮБ. Ведь известно, что любая картина – это, по сути, множество отдельных штрихов.

В 1979 году, 40 лет назад (как летит время!), наш научно-конструкторский отдел заканчивал разработку одного весьма ответственного изделия. Сроки из-за его востребованности для страны были жесткими, плюс шло соревнование с друзьями-конкурентами из Снежинска: изделие того предприятия, которое быстрее завершит полигонные испытания с положительным результатом, полный цикл отработки, тестов на различные воздействия, и пойдет в серийное производство.

У нас разрабатывались завершающие документы, одним из которых являлась т.н. ТХ – «Техническая характеристика», своеобразный паспорт, содержащий все необходимые сведения о предмете передачи. Свои данные для ТХ представляли сотрудники нескольких подразделений, в т.ч. физики-теоретики, исследователи и др. Оформляли документ конструкторы. А ответственным исполнителем являлся ваш покорный слуга, в ту бытность занимавший должность старшего инженера–конструктора.

Документ сверстан, отпечатан, все полагающееся подписи получены, осталась утверждающая – Научного руководителя ВНИИЭФ, академика АН СССР Ю.Б.Харитона.

Идти к ЮБ – так Юлия Борисовича уважительно звали коллеги – предстояло кому-то из нас. Начальство повелело: «Иди!». Через секретаря Харитона связался с ним самим. ЮБ назначил день и час – 19.00. Кабинет находился на 1 этаже 87-го здания, в котором работали и мы.

Подошло время. Волнуясь, с трепетом вхожу. ЮБ работает за столом. Встает, протягивает руку, пожимает мою, берет документ, предлагает присесть. С содержимым бумаги очень внимательно знакомится минут 10-15, вопросов не задает. Перевернув последний лист, произносит: «Хорошо!», возвращается к началу, ставит подпись под словом «Утверждаю» и число. Затем вопрос мне: «Как Вы будете добираться домой?». Надо сказать, что тогда от 87–го здания ездили только служебные автобусы, и последний – в 17.00. Отвечаю: «Пешком». Говорит: «Мы Вас подвезем». Пытаюсь отнекиваться, мол, дойду, молодой. ЮБ мягко, но решительно: «Довезем», звонит водителю, здоровается, говорит: «Едем домой, но вначале довезем одного молодого человека».

С собой я прихватил журнал «Атомная энергия», издательства АН СССР, Госкомитета по использованию атомной энергии СССР, т. 46, вып. 2, от февраля 1979 года со статьей авторов, академиков АН СССР: А.П.Александрова, Е.П.Велихова, Е.И.Забабахина, Я.Б.Зельдовича, И.К.Кикоина, М.А.Маркова: «Юлий Борисович Харитон (к 75–летию со дня рождения)». Протягиваю его и прошу дать автограф. ЮБ спрашивает мое отчество, пишет: «Вячеславу Ивановичу Войнову на добрую память» и ставит подпись.

Затем подъезжает «Волга», которая и везет меня прямо до подъезда дома на Пионерской улице, где жил. Прощаемся, и машина едет к дому ЮБ.

Из инженера-механика – в экологи

Вот с этой аудиенции, начал более внимательно интересоваться, насколько можно, деятельностью Юлия Борисовича, им самим. А когда узнал, что ЮБ несколько созывов являлся депутатом Верховного Совета СССР от моей родной Тамбовской области, стал относиться к нему с еще большим пиететом.

В 1985 году по жизненным обстоятельствам надо было уходить из конструкторского подразделения, подыскивать новую работу. Обратил внимание на впервые образовавшуюся отраслевую лабораторию защиты окружающей среды (ОЛЗОС). Вопросы экологии в нашей стране в то время только начали подниматься. Была новая неизведанная сфера деятельности. Узнал, что и ЮБ живо интересуется проблемами экологической безопасности, экологии. Ну, думаю, если такой крупнейший, авторитетнейший ученый, умнейший человек этим интересуется, значит дело стоящее. Решение было принято: перехожу в ОЛЗОС! Так из дипломированного инженера – механика, бауманца-МВТУшника, старшего инженера–конструктора, стал старшим инженером–экологом ОЛЗОС.

Дальше – больше. Работая ведущим инженером отдела промышленной экологической безопасности, входившего после упразднения ОЛЗОС (отрасли, как таковой, не стало) в состав отделения радиационной безопасности, в 2003 году защитил диссертацию по теме экологической безопасности применительно к РФЯЦ-ВНИИЭФ с присуждением ученой степени кандидата технических наук. Как сказал на защите Председатель диссертационного совета, в то время директор РФЯЦ-ВНИИЭФ академик РАН Р.И.Илькаев: «Это первая диссертация в Ядерном центре на такую важную и актуальную тему, предлагаю сделать из нее выдержки, разработать программу, обеспечить ее финансирование, работать по ней и призываю членов совета голосовать только «за»». В итоге были одни белые «шары». Завершил карьеру эколога в должности начальника научно–исследовательской группы по измерениям вредных и опасных производственных факторов, очень востребованную на предприятии. В подразделениях наших сотрудников всегда с нетерпением ждали и, соответственно, привечали. До сих пор искренне благодарен Юлию Борисовичу (светлой памяти).

В.Войнов, фото из архива автора

Об авторе: Вячеслав Иванович Войнов. Родился 2 января 1949 г., в селе Калаис, Кирсановского района, Тамбовской области. Закончил МВТУ им. Н.Э.Баумана. С 1972 года работал во ВНИИЭФ, был младшим инженером-конструктором, инженером-конструктором, старшим инженером–конструктором, ведущим инженером, начальником научно-исследовательской группы. С 1976 года параллельно по совместительству преподавал в СарФТИ НИЯУ МИФИ (ранее МИФИ–4), с 2011 – штатно, доцент, к.т.н. Сейчас на пенсии.

Просмотров: 136

Похожие сообщения